?

Log in

No account? Create an account

Journal · Title


10th February 2009

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
Со школьной поры мне казалось, что Чехова читают, потому что смешно, и читал пелевиных, потому что сие казалось актуальным. Однако прошли годы, и все пелевинские персонажи из мрачных девяностых погрязли в болотах забытья, а Чехова читают. Актуально? Я взял полное собрание сочинений Антона Павловича и стал читать. Первые рассказы «человека без селезёнки» напоминают скетчи камедиклаба, но чем старше становился автор, тем тоньше делался его юмор, худел и скудел, покуда не исчез совсем, превратившись в острую и невозможно болезненную сатиру, которой и сейчас можно прожечь дыру. За сотню лет в стране сменилось несколько поколений, государственных режимов, направлений искусства, а люди остались такими же. Чиновникам до сих пор ничего неизвестно о географии страны, которой управляют, о количестве населения, о потребностях этого населения. Если в рассказе Чехова «В Москве» псевдоинтеллигент для пущей важности тискает куда ни попадя Лопе де Вегу, то нынче в этом качестве используют кустуриц и джармушей. Если у чеховского персонажа письменный стол рублей в четыреста, с инкрустациями, бархатная мебель, картины, ковры, бюсты и тигровая шкура соседствуют с кофтой, которой заткнута печная отдушина, со старыми сапогами, покрытыми зеленой плесенью, и с запахом жареного гуся на лестнице, то у нынешних господ, жадных до комфорту и претендующих на элитарность, бумаги под кроватью так же пахнут кошкой, нижнее бельё продолжает сушиться на верёвках, а за двойной дверью шикарно обставленных квартир воняет обосранный, прокуренный подъезд и летают мухи.

В том же рассказе обнаружились упоминания о холуйском отношении наших сограждан к успешным господам, которое обсуждалось мной ранее:

«Когда мне говорят, что такой-то написал очень интересную статью, что пьеса такого-то имела успех, что Х выиграл 200 тысяч и что речь N произвела сильное впечатление, то глаза мои начинают коситься, я становлюсь совершенно косым и говорю:

- Я очень рад за него, но, знаете, ведь он в 74 году судился за кражу!

Душа моя обращается в кусок свинца, я ненавижу того, кто имел успех, всем своим существом и продолжаю:

- Он истязует свою жену и имеет трех любовниц и всегда кормит рецензентов ужинами. Вообще скотина порядочная... Повесть эта недурна, но, наверное, он где-нибудь ее украл. Бездарность вопиющая... Да и, говоря откровенно, я и в этой-то повести не нахожу ничего особенного...

Но зато, положим, если чья-нибудь пьеса провалилась, то я ужасно счастлив и спешу стать на сторону автора.

- Нет, господа, нет! - кричу я. - В пьесе есть что-то. Во всяком случае она литературна».

Полный текст рассказа.

Болезни сердца: эластичность сосудов. Сердечно- сосудистая система.
* * *
Когда я иду по улице, подмечаю многое: надписи на стенах, количество сосулек на крышах, форму трещин в асфальте и содержимое мусорных корзин. Так в монастырской урне в Костроме я обнаружил пачку «Балканской звезды». Подмечаю многое, кроме людей. Когда я иду по улице, людей совершенно не замечаю, словно их и нет вовсе. И жалобы знакомых мизантропов на столпотворения, серый люд и скопище мясных туш мне совершенно не понятны. Я никого не вижу. Даже если родная матушка пройдёт в метре от меня или какой-нибудь Бен Ладен сядет рядом на скамеечку, не замечу. Так и сегодня. Шагаю по переходу, глазею на витрины, удивляясь отсутствию привычных стенок из двд-кирпичей, как вдруг некто подходит вплотную и протягивает руку. Взгляд сфокусировался на пришельце, и я угадал соседа по общежитию, с которым делил комнату в студенческие годы.

- На поезд опаздываю, - предупредил он зачем-то, словно я тянул его в кабак по разговоры. Прошло шесть лет с последней встречи, но для него я остался таким, каким видел меня тогда. Подозреваю, что и сам он не изменился. - Оставь мне телефон.

- Зачем тебе телефон? - говорю. - Всё равно звонить не станешь.

- Позвоню, - проворчал знакомый, записал телефон и побежал на поезд.

Мой телефонный номер не менялся шесть лет. Он есть почти у всех, с кем я когда-либо встречался, в том числе у сего знакомого. И за эти шесть лет знакомый сей не позвонил ни разу, что неудивительно, ибо в то время он ненавидел меня лютой ненавистию и даже, будучи пьяным, обещался меня убить. Старо и привычно. Если бы сбылись предсказания всех, кто относился ко мне враждебно, то я страдал бы всеми известными и неизвестными хворями, как существо из древней буддистской притчи.

Другая встреча произошла в метро, где меня окликнул плечистый здоровяк, на голову выше меня и пьяный. Минута понадобилась мне, чтобы признать в нём десятилетнего мальчугана, которого я воспитывал десять лет назад. Здоровяк был несказанно рад встрече и спрашивал, откуда и куда я еду, где работаю и не женился ли. Мои ответы: оттуда, туда, там, затрудняюсь ответить. Здоровяк ничего не понял, постоял молча, как бы переваривая услышанное, затем расплылся блином и отошёл довольный.

Последней, кого я встретил в тот день, была абсолютно незнакомая барышня, которой я был знаком. Возможно, когда-то где-то, но не помню. Не помню и всё тут. Барышня тоже выпросила номер телефона и электронный адрес, торжественно объявив, что теперь у неё есть «имэйл». Угадайте, что было в присланном ею письме. Это легко. Она прислала ссылку на мойкруг, вконтакт, одноклассников и фотоальбом. Фотографий в нём штук триста, но все они похожи, как комнаты в подмосковных санаториях. На каждой фотокарточке, независимо от того, где она была сделана - в Бирюлёво, Пицунде или Сарыкамыше, у барышни одно и то же выражение лица - улыбка, с которой из подарочной коробки выскакивает клоун на пружине. Улыбка сия присутствует даже на единственном фото с претензией на художественное, где голова барышни повёрнута профилем и нюхает сирень. Допускаю, что в этом может наличествовать таинственный смысл. Хотел ответить на письмо, чтобы уточнить сие, но решил этого не делать. Незачем множить людей, которые хотят меня убить.
* * *
* * *

Previous Day · Next Day